Дмитрий Честный

СТАНОВЛЕНИЕ

Рассказ

«Как сочетаются вера и взрывы,

адвокат толком объяснить не смог».

(из статьи «От «Спаса» нет спасу»

в МК, 12.11.2007г.)

119г.

СОДЕРЖАНИЕ

Интро

1. Космонавты

2. Протест

3. Мистика

4. Ненависть

5. Встреча

6. Действие

7. Вдохновение

8. Представитель Бога

От автора:

Некоторые персонажи этого рассказа являются героями моей повести «Огонь!», но вообще это самостоятельное произведение.

Интро

Одна из улиц в центре города. Недавно открытый «самый модный и элитный» ночной клуб.

Пара – араб и белая девушка – выходит из клуба. У него есть деньги, и это единственная причина, почему сегодня она хочет заняться сексом именно с ним. Они подходят к новенькой «БМВ», и он открывает дверцу.

Несколько обкурившихся травки и изрядно выпивших студентов стоят перед дверьми клуба и обдумывают, как бы туда пройти на халяву. Один из них говорит, что хочет снять там тёлку, которая даст в жопу, а потом предлагает своему другу трахнуть девушку вдвоём. Когда из подъехавшего джипа вылазят четверо чурбанов, эти студенты затихают и освобождают им дорогу в клуб.

Из клуба вываливается обнюхавшийся кокаина бизнесмен, которого держит под руку элитная проститутка. Он думает, что главное не забыть употребить «Виагру», а она просчитывает, сколько денег с него можно содрать.

Компания негров рядом живо обсуждает, кому какая девушка достанется. Девушки ждут их в клубе и обсуждают, что лучше, съесть экстази или напиться.

Что происходит в самом клубе – можно предположить, но сейчас лучше наблюдать снаружи. Я стою в стороне и вижу, что все эти люди не живые, это слепленные их мяса фигуры, которые двигаются.

Осенняя ночь, не очень холодная, в свете фонарей видны мечущиеся капельки не то дождя, не то тумана. Я гляжу на часы, каждая секунда бьёт словно колокол.

Четыре, три, два, один…

Окна клуба на мгновение выгибаются и сразу лопаются. Дверь сорвана с петель. Следом вылетает огненная волна, подхватив с собой часть стены. Осколки стекла и камня разлетаются во все стороны. Каркас здания ломается, и оно частично обрушивается. Всё это сопровождается страшным грохотом, внутри клуба бушует огонь, клубы чёрного дыма тягуче ползут в небо, которое теперь кажется светлым.

Тела тех, кто находился рядом с клубом, отброшены на противоположную сторону улицы, многие охвачены пламенем. Машины перевёрнуты и искорёжены, повсюду завывают противоугонные устройства. Через несколько секунд начинают орать и люди, криком дикой боли, в нём ничего больше нет кроме боли.

У араба оторвана нога и обуглилась половина тела. Он валяется на проезжей части, разбрызгивая вокруг кровь, корчась в предсмертных судорогах. Девушку, которая шла с ним, отбросило ещё дальше, изрезанная стеклом она бешено орёт, глядя на свои кишки, вывалившиеся на тротуар.

Обкуренные студенты обгорели практически до скелетов. От чурбанов остались лишь обугленные конечности. По всей улице валяются руки, ноги, кисти, ступни и головы. Кучи человеческого фарша.

Бизнесмен лежит с оторванной головой, сжимая в руке таблетку «Виагры». Элитная проститутка пытается приподняться с земли, но из её горла хлещет кровь, и она падает с мыслью, что теперь не сможет делать глубокий минет.

Среди порванных в клочья тел негров лежит белая рука, все пальцы сжаты кроме указательного.

Рекламные щиты на противоположной стороне улицы испачканы кровью, кишками и осколками костей. Кто-то ползёт по улице, блюя кровью. В лужах крови плавают деньги из разорванного банкомата. Ветер доносит запах горелого мяса. С другой стороны идёт едкий дым от горящих машин.

Всего погибло примерно полторы сотни тел, точное число не известно, потому что многие из находившихся внутри клуба просто испепелились. Ещё около тридцати тел попали в больницу.

Это был лучший день в моей жизни.

* * *

Взрыв – это как мазок кистью по полотну, как слово написанное… Нет, это даже большее, это творческий акт, изменяющий сам мир. Боги занимаются творчеством, применяя человеческие тела как инструменты. И пусть обыватели говорят, что это сумасшествие, они – это только тела, и им никогда не понять того, что стоит над телом.

Почему гремят взрывы? Даже не этот вопрос беспокоит многих. Они хотели бы знать – почему ты сделал это? Они хотят это знать только для того, чтобы попытаться предотвратить подобное в дальнейшем. Они считают, что если их устраивает этот мир, значит он правильный, а ты – ненормальный.

Мы отбрасываем их «норму» как духовную тюрьму. Мы, свободные люди, ломаем систему, освобождая всё больше людей. У нас есть наш Арийский Смысл.

Сейчас, когда я отчётливо ощущаю близость другого мира, я окидываю взглядом прошедший этап моей жизни и начинаю рассказ про моё становление тем, кто я есть, потому что другой такой возможности уже не будет.

1. Космонавты

Всё началось ещё в детстве. Это было даже не началом, а выражением предрасположенности. К высшему, к идеальному. Выражением в мечтах и рисунках карандашом. Улыбающийся космонавт в шлеме смотрит из окна космолёта куда-то вдаль, в чёрном небе мерцают звёзды – эту картинку я неумело пытался перенести из воображения на бумагу. Космонавты, ракеты, планеты и спутники – такие рисунки я дарил в детском садике каждому, с кем общался. Другие темы мне были неинтересны, и только под давлением воспитателей я рисовал что-то другое, например кремль, мавзолей с черепом Ленина и крейсер «Аврора». Ещё помнится, едва научившись писать буквы, я вырезал из бумаги «паспорт», куда вписал своё имя, заветное слово «космонавт», и нарисовал автопортрет в шлеме. Я тогда был абсолютно уверен, что космонавт лучше всех, он – номер один, он выше любого президента не только в прямом, но и в переносном смысле. Космонавт умеет всё, потому что он один среди космоса, и я знал, что космонавтами становятся лучшие из лучших. Космонавт – представитель всего человечества, всей планеты в космосе, хотя перед кем он представляет Землю, я тогда не задумывался. Просто подняться так высоко казалось высшим героизмом.

Среди родившихся в восьмидесятых было много детей, мечтавших о чём-то подобном. И не удивительно – советская программа освоения космоса и её достижения доводились до всех от мала до велика, чтобы показать превосходство нашей страны надо всем миром. Образ космонавта как лучшего человека использовался всё с той же целью – вот мол они, лучшие люди где – в Советском Союзе, и каждый может стать им. И если старшие поколения либо уже устали от советской пропаганды, либо их мозги были уже основательно загажены, и космос их не впечатлял, то мальчишки верили и мечтали стать лучшими. И рисовали спутники, торопились первыми занять места в ракете на детской площадке, а качаясь на качелях при каждом подъёме представляли старт космолёта.

Потом всей этой космической пропаганды вдруг не стало. Вернее не вдруг, а с развалом Советского Союза. Мальчишки ничего не поняли и продолжали читать в школе научную фантастику о полётах к далёким звёздам. В душе некоторые из них были космонавтами, в них уже было заложено стать лучшими, несмотря даже на то, что они сами постепенно про это забыли.

Последующие поколения, дети, родившиеся в девяностые и позже – какой у них идеал? Был ли он вообще? Мне кажется, они морально зажирели ещё в детском садике. Нет, я хочу верить, что из них тоже получатся достойные люди, и наверное уже получились, некоторые возможно уже заявили о себе. Может быть они более жестоки и беспощадны к врагу, ведь стереотипы, усвоенные ими в детстве, многократно брутальней советских, но ведь это не главное! Есть ли у них тяга к звёздам, потребность стать лучшими?

Надежды надеждами, а следует признать, что вероятность появления идеалистов в новых поколениях гораздо меньше, чем в моём, по крайней мере на это направлены все усилия системы. Всё ведь происходит не «само собой». Каждый, если приложит усилие для освобождения своей головы от занимающего её дерьма хотя бы на время и подумает, увидит, что система во всех её проявлениях сегодня настроена исключительно антинародно. Более того – система старательно и планомерно уничтожает Белое Человечество. И каждый может убедиться, что во главе системы находятся в основном жиды, если даже не по крови, то уж по духу-то точно! Жиды, как истинные паразиты не понимают, что без Белого Человечества они не выживут, они сосут кровь сейчас, пока Белые живы. У них может даже нет цели уничтожить Белую Расу физически, главное, что они хотят превратить её в стадо животных, то есть убить духовно, сделать подобными неграм, рабами.

Советский Союз хоть и был результатом действий жидов, которые в начале составляли всё большевистское руководство, на определённом этапе перестал удовлетворять потребности врагов Белого Человечества. В то время, как западные капиталистические режимы совершенствовались в практике оскотинивания людей, с Союзе Русские свели влияние жидов до минимума и начале совершенствование себя. Моральные качества Русских совок хоть и подточил, но если сравнить хоть с США – Русские были почти идеальны. В то же время мощный научно-технический прогресс неизбежно вёл к появлению нового типа людей – космонавтов. Это было шагом к появлению сверхчеловека – космонавты и так были лучшими из лучших, а появление целого поколения космонавтов привело бы к тому, что лучшие из них, заслуженно пользующиеся тотальным авторитетом, с высоты, притягивающей взоры всего мира, прогремели бы речью, открывшей глаза многим на безумие и упадок современного мира. Даже само существование космонавтов – Героев, было бы осуждением всем живущим мелочными личными интересами, словно копошащимся в дерьме червям. Любому ублюдку, сорящему баблом, можно было указать в небо пальцем, чтобы он вспомнил, что он здесь гнида.

У освоения космоса, да и научно-технического прогресса было много и других, крайне полезных для белой Расы возможностей. Например, вероятно, был бы уже раскрыт вопрос о строении мира и причинах его возникновения. Это знание изменило бы абсолютно всё! Предвидя это жиды, которые могут жить только в загнивающем болоте, боясь за своё существование направили все силы на развал Советского Союза. Теперь они вообще боятся любых проявлений социализма, куда как спокойней для них капитализм. Именно это и было навязано России. И надо сказать, очень во время это было сделано – до этого развал был в принципе не возможен, Союз был монолитом, победителем, а десятилетием позже этого бы не допустило поколение космонавтов. Которое не реализовало себя. Которое всё равно поднимается над этим миром.

Ждавшие возвышенного, может быть идеального мира высоких свершений в детстве, в подростковом возрасте увидели только бесконечную грязь капитализма. Тогда-то у некоторых впервые и шевельнулось: «Мир должен быть другим!» Так и стали потом Правыми Революционерами потенциальные космонавты, каскадёры, лётчики, танкисты, водолазы и люди других интересных, рискованных и героических профессий, которые в наше время представлены в выродившемся виде и не имеют должного авторитета.

Всё это я понимаю сейчас, а тогда, в детстве, я просто рисовал ракеты, а потом качался на качелях смотря в ярко-синее небо, звонко смеясь и думая о чём-то хорошем, что у меня потом отняли…

2. Протест

Кризис переходного возраста. Подростковый протест. Это переживают многие в определённом возрасте. Психологи считают, что это последствие желания подростка стать взрослым, самостоятельным, не зависящим от родителей. Отчасти это и правильно, но суть гораздо глубже. Взрослея, человек начинает ориентироваться в окружающем его мире и познавать его. И пока сознание подростка ещё не испорчено системой, он видит жизнь так, как она есть, без компромиссов, только чёрное и белое. Он видит фальшь, уродство и грязь, он знает, что всё должно быть иначе, поэтому и протестует. У всех это выражается по-разному, достаточно лишь взглянуть на разнообразие субкультур. И протест против родителей – это протест против тех, кто смирился с этим неправильным миром и живёт по его законам. Против винтиков системы. Протест возникает у многих, но многие и сдаются в итоге системе. И не мудрено: когда все СМИ в руках системы, она говорит всем протестующим, что это не мир неправильный, а они сами. И люди «исправляются», чтобы соответствовать миру, а на деле становятся рабами.

И я воспротивился существующему порядку вещей, когда пришло время. Этот мир был не тем, как я его представлял. Прочитанные в детстве приключенческие книги говорили о возвышенных чувствах, героизме, самоотверженности, идеалах, чести и верности. А что я увидел в реальности? Уродство!

Ельцинский период был лишь началом того, что происходит сейчас, но всё стало совершенно ясно уже тогда. Я наблюдал и размышлял.

У кого деньги, у того и власть – вот что стало понятно первее всего. Деньги поставлены во главу всего. О жидовском происхождении этого я тогда не знал, но все говорили, что большие деньги наживаются только преступным путём, и это было очевидно. Богачи – преступники, вроде бы их надо ненавидеть? Так почему же сегодня в обществе наиболее уважаемы преступники и развратники? Да они всех купили! И обыватели стремятся хоть чуть-чуть стать такими же. Жадность и лживость считаются нормальными. Люди богатеют, но лишь материально, а внутри у них пустота.

Всё это понималось тогда весьма смутно, но одно я увидел и прочувствовал очень ярко. Среди общей грязи самым обидным было то, что человеческие чувства и отношения тоже продаются!

Мне было шестнадцать. Я уже встречался с девушками, но даже не пытался развести их на секс, чувства были совершенно платоническими. Казалось, что после секса любви не станет, да и девушки были порядочными. Но я всё-таки попался на крючок системы. Как это было?

В молодёжных журналах, ходивших между моими товарищами, активно пропагандировалась идея, что в наше время нормально терять девственность в четырнадцать лет как для парня, так и для девушки, и что нормально регулярно менять половых партнёров. Многие знакомые парни постоянно хвастались своими сексуальными подвигами, хотя зачастую было очевидно, что все их истории придуманы на ходу. Я был против разврата, но под влиянием жидовской пропаганды решил, что в шестнадцать пора уже потерять девственность. Думалось, что девушки могут посмеяться над моей неопытностью, поэтому я решил на первый раз пойти к проститутке, чтобы она меня всему научила. Я как раз подрабатывал летом во время каникул, поэтому деньги были, и я решил пойти в салон к элитной проститутке, ибо стоящие на дороге уродины меня отвращали.

Позвонил, договорился. Пришёл. Было две свободных проститутки. Я выбрал ту, что выше и с более выдающимися формами. Мы прошли в отдельную комнату, где были только диван, тумбочка и магнитофон. Я притащил бутылку коньяка для раскрепощения. Её звали Вика. Она принесла лёд, сама разлила коньяк по бокалам и вообще всячески ухаживала за мной, ломая мой стереотип, что парень должен ухаживать за девушкой. Я тогда почти не пил, а потом и вовсе стал стрейтэйджером, но выпив полбутылки в ту ночь угорел дико.

Сначала поговорили, когда пили коньяк. Я рассказал про свои протестные настроения. Она то ли поняла, то ли просто умела поддержать любую тему, но разговор пошёл. Ей было двадцать восемь. Она начинала моделью. Она сказала, что все модели – это лишь завуалированные проститутки. Что многие модели переходят в проституток, потому что это более просто. Она говорит:

«Вот девушка становится моделью, а приходит богатый мужик, платит её директору, её заставляют наклониться, и этот мужик грубо трахает её в попу. Ей больно, она же не привыкла, но потом все привыкают…»

Потом, когда мы выпили коньяк, она говорит, что пора начинать. Говорит, сходи в ванную. Я спрашиваю, а это обязательно? Она говорит, да, желательно, ведь тогда можно будет поцеловать тебя в любое место. Я иду в душ и моюсь. В это время думаю, не обшмонает ли она мои шмотки.

Выхожу чистый. Она голая. Я почему-то не возбуждаюсь. Она говорит, сейчас всё будет. Говорит, ложись на кровать. Я ложусь, и она делает что-то невообразимое. Жёсткий минет. Стояк как кол.

И тогда я вдруг подумал. Вот моё тело. Вот её. Чего такого? Трение тел? Стояк ослаб. Но она работает. Спрашивает, в чём дело? Я смотрю на неё, как она сосёт мой член, и снова возбуждаюсь.

И внутренний диалог. Ты человек или животное? Я старался не думать об этом, но именно это давило на меня. И я говорю ей, встань раком.

Когда я трахаю её, то понимаю, что ей вообще это безразлично, влагалище у неё разработано под конский член, на лишь имитирует удовольствие. Меня это очень обламывает. Я ставлю её в другую позу. Она говорит: ты знаешь, как доставить удовольствие женщине, наверное у тебя было много партнёрш? Я говорю: нет, ты придумываешь. А она говорит, какое у тебя крепкое тело, так и хочется его разодрать. А я говорю: не такой уж я и сильный.

Она говорит: давай попробуем шестьдесят девять. Она сосёт у меня, а её задница над моим лицом. Я думаю о том, сколько дегенератов её имели, и лишь вставляю палец ей во влагалище. Она натянуто стонет, делая мне минет. Я говорю: «Я сейчас кончу!», и кончаю ей в рот. Она без малейшего смущения сплёвывает в пустую сигаретную пачку, а потом идёт в ванную. Но ночь продолжается.

Я натягиваю на член презерватив, который мне кажется слишком толстым и притупляющим ощущения. Но я имею её в разных позах. Я говорю, давай ты сверху. Она так и делает. В это время за дверью слышу хохот какого-то мужика, от этого член сразу опадает. Она говорит, это клиент. Не бойся мол, он сюда не заглянет. Предавшись дикому траху я как-то неинтересно кончил. Презерватив – очень обломная штука, но с такой девушкой без него нельзя. И тогда я подумал, а чего такого? Разве это кайф? Разве не получаю я более яркие ощущения, выбив кому-нибудь зубы?

А она говорит, у нас ещё час остался. Хочешь трахнуть меня анально? Но за это дополнительная плата. Я говорю, нет, тут не в деньгах дело, меня вполне устраивает традиционный секс. Я завалил её на подоконник, который был широким, сорвал во время акта занавески неосторожным движением, из окна напротив кто-то дико смотрел, я размахивая эрегированным членом повесил занавески обратно, поставил её раком, и вскоре кончил. Тут в дверь сунулась какая-то тётка и крикнула, что у нас осталось десять минут.

Я подумал: и это всё? ВСЁ? А где же чувства? Где они, отношения между мужчиной и женщиной? Это всё? Ведь это не было искренне! Это и есть секс? Это всё? Чего в этом такого?

Сейчас я могу сказать тебе, что убив чурбана ты получаешь в сто крат более яркие ощущения, но тогда я этого не знал. Я был просто разочарован.

Три раза кончил. Попробовал разные позы. Этого достаточно? Нет! Нет! Я хотел другого! Я хотел понять отношения между мужчиной и женщиной! Я хотел эзотерики. А получил грязь! Она целует меня на прощание, и я выхожу не как герой, а как совершивший гадкое преступление, выскальзываю из подъезда.

Дело уже к утру. Я захожу в кафе и выпиваю сто грамм водки, чтобы прийти в себя. Чувствую, что меня тянет в сон, и выпиваю две кружки кофе. До того, как начнёт ходить транспорт, ещё час, и я решаю идти домой пешком. Столь неадекватным я пожалуй никогда в жизни не был ни до, ни после. Я вижу церковь и подхожу, чтобы купить святой воды и выпить её. Но церковная лавка закрыта, ещё слишком рано. И я добредаю до дома и с трудом из-за кофе проваливаюсь в депрессивный сон.

Вот так оно и было. Я ощутил разлагающее воздействие этого акта. Потом некоторое время в каждой женщине я видел проститутку. Они тоже продаются, пусть и не в столь явной форме. Ищут мужика, который обеспечит им удобное существование, в обмен на которое дают своё тело. Для того и наряжаются, красятся, прихорашиваются. А сами по себе зачастую ничего не значат. А ведь так оно и есть. За что их уважать? Я идеалист и не опущусь до одного лишь почитания тела. Я всегда хотел встретить девушку идеалистку, с которой объединю усилия для удара по системе. Две половинки – одно целое. Где же она?

Потеряв девственность, вместо ощущения счастья, что было бы в случае соития с любимой, я ощутил беспокойство и неправильность. Вместо соединения со второй половинкой я прикоснулся к самой аморальности и грязи. Эта проститутка не является чьей-то половиной, поэтому она лишь отбирает силы и подавляет.

В дальнейшем я только убеждался во всём, что подумал тогда, и с годами разложение общества лишь увеличивалось. Сейчас вызывающе одетые девушки как будто без умысла прихорашиваются в отражении тонированных стёкол крутых иномарок, на деле же надеясь, что стекло опустится, и богатый мужик предложит ей прокатиться. Эти девушки попали под влияние современной антинравственной пропаганды. Навязываемая формула «выйти замуж за миллионера» склоняет женщин к типу проститутки, так как отношения предлагается строить только ради выгоды, здесь нет никаких чувств, они лишь имитируются. А ведь ещё не так давно выходили замуж по любви!

Также и мужики теперь думают только о сексе. Они забыли, что только чувство делает отношения полов возвышенными и прекрасными. Контакт двух тел исключительно для удовольствия по меньшей мере разлагает дух, как и вино, превращает в животное. Секс и озабоченность им – всего лишь ловушки системы, привитые стереотипы. Жиды, в частности фрейд, придумали, что всё в мире делается ради секса, и что от него есть удовольствие. На самом деле нет. Есть только счастье от любви или животная похоть. Вот второе-то людям и прививается через СМИ, шоу-бизнес и псевдокультуру чтобы разложить их. Даже животные влекомы только в особый период и они стремятся лишь к размножению. Порно, пропаганда из СМИ «свободной любви», анального секса, педерастии, особенно с MTV, в отношении которого произойдёт террор, – вот инструменты системы.

В библии рассказывается, как город Содом, погрязший в разврате, был уничтожен божественным огнём. Рукой Бога был арийский алхимик, который изобрёл атомную бомбу. Вот так же и мы должны уничтожить современный мир!

Народ уже умер, не физически, но морально. И уже пришло время для нового рождения новой расы Героев!

Люди родились и выросли в условиях, созданных системой, поэтому понять, что что-то не так, им очень сложно. Надо им в этом помочь.

Сейчас меня могут назвать сумасшедшим. Но если бы людям всю жизнь и все века говорили, что в определённом возрасте нужно кончать жизнь самоубийством, и если бы кто-то вдруг заявил, что на самом деле можно жить и дальше и умереть гораздо позже, его бы убили, как минимум объявили бы сумасшедшим. Лишь самые еретики ушли бы с ним, чтобы избежать необходимости самоубийства. А те, кто «как все», гибли бы и дальше как стадо овец.

И вот тогда, будучи подростком, я увидел, что люди вокруг неживые, в них нет ничего человеческого, они живут подобно животным. И я понял, что я не хочу жить в таком мире. И где-то в глубине души, неслышно ни для кого, но очень громко для себя, я прокричал:

МИР ДОЛЖЕН БЫТЬ ДРУГИМ!

3. Мистика

«Ищи вечное!» – такая мысль была результатом размышлений о том, где можно найти истину. Обывательские мелочные интересы вызывали только отвращение, и смысла в них не находилось вообще никакого. Может быть религия даст ответ, раскроет суть этого мира?

Я принялся читать Библию. Тогда мне было шестнадцать, я считал себя вполне взрослым и могущим понять написанное там, а не в книжках о вере для подростков.

Ветхий завет был осилен с дичайшим трудом. Я и до этого не жаловал жидов, а после они стали совершенно противны. Ветхий завет – абсолютно жидовская книга, про жидов и для жидов, и мне совершенно непонятно, почему её читают люди других национальностей. Зато сразу стало понятно, почему так много антисемитов. Прочитал ветхий завет – понял откуда всё зло.

Другое дело – Новый завет. Примерно в то же время мне совершенно случайно в руки попала книга Баркашова, где утверждалось, что Христос и апостолы были Арийцами. Я поверил в это, да и слишком уж Новый завет отличается от ветхого, с тех пор я признаю только его. Впоследствии я понял, что объединение двух заветов под одной обложкой – жидовская провокация.

Также я изучал историю церкви. Учение Христа, духовные подвиги первых христиан и святых произвели на меня большое впечатление, я стал мыслить совсем по-другому, о том, о чём раньше не задумывался. Но одновременно я понял, что в наше время многое из того, о чём говорил Христос, неактуально. Чтобы жить по его заповедям, мир нужно сначала поменять. А кто это сделает? Совершенно очевидно, что современные христиане от попов до прихожан и сочувствующих – это всего лишь обыватели, носящие крестик и ставящие в церкви свечки, для них это суеверие. Ничего общего с первыми христианами – проповедниками они не имеют. Церковь находится в плачевном состоянии.

Христу современные церкви не угодны! Ему угодны духовные подвиги! Он говорил: не торговать в храме, а сейчас в крупных храмах по несколько лавок, очереди выстраиваются. Попы на иномарках ездят, жрут в три горла – так ведь легче верблюду через игольное ушко пройти, чем им в рай попасть!

Падение церкви происходило постепенно, это можно замечать по мелочам. Вот например, иконостас. Он отделяет алтарь от средней части храма и не даёт верующим созерцать совершение таинства, поэтому символизирует отгорождение церкви от народа. До четвёртого века иконостаса не было, и верующие видели алтарь. После появления иконостаса и началось разложение духовенства, так как оно уже не несло ответственности ни перед кем, само перестало верить, свело всё к внешней, обрядовой стороне. А потом церковь и вовсе стала подконтрольна светской власти, и та использовала её в своих целях. Например, таинство покаяния или исповеди создано для контроля над людьми. Сегодня с этим гораздо лучше справляется Интернет, где многие сами рассказывают про себя всё…

Истинные христиане не придают значения обрядовой стороне. Главное – образ жизни и мышления. Обрядники – суть сектанты. А те, кого называют сектантами, зачастую гораздо более верующие, чем «православные». Но это их не оправдывает, у них свои причуды которые совершенно ненормальны. Одни под землю закапываются, другие яйца себе отрезают «дабы не согрешить», третьи плетьми себя лупят. А вот, например, секта «христопоклонников», которых в народе называют просто «кувыркающимися». Видимо началось с того, что кто-то поклонившись иконе упал и совершил кувырок, заявив потом, что так угодно Христу. Последователи стали делать по несколько кувырков. А с горочки-то кувыркаться легче! Помолившись на природе они скатываются вниз с холма, совершая множество кувырков через голову. Наиболее ревностные последователи совершают паломничество к большим горам. Не мудрено, что многие из них рано или поздно ломают шею, но умереть во время кувыркания для них означает – сразу попасть в рай. Хотя те молодые, которые хотят ещё пожить в этом грешном мире, в последнее время пользуются благами цивилизации: залезают в громадные покрышки каких-нибудь большегрузов и скатываются в них, в это время молясь.

А что, другие современные христиане намного лучше что ли? Их обряды выглядят не так дико, как кувыркание в колесе, но толку от них ничуть не больше. Все эти махания кадилом, свечи, целования мощей, перекрещивание в нужных местах, заученные, но не прочувствованные молитвы, пожертвования, яички крашение… Какой от этого толк?

Я сразу понял: христианин должен стремиться быть подобным Христу.

Сейчас христианство такое, потому что его таким сделали, его так трактовали. Это действия врагов. А если я вот буду трактовать его по-другому, и если меня в этом поддержат, оно станет другим, Арийским, освободившимся от жидовства.

Тогда был очень странный период в моей жизни. Неприятие современного мира порождало депресняк, я был словно в ночи, но бывали и просветы, казалось, что я ощутил присутствие Бога. Я старался жить и мыслить правильно, но молодая энергия и жизнь в системе постоянно тянули к другому, к тому, что я считал грехом. Я жил постоянной внутренней борьбой.

Я то словно возносился к Богу и ощущал его силу, то низвергался опять вниз, в прежнее моё состояние под тяжестью телесного. Иногда я оценивал мир с позиций учения Христа, и мне казалось, что я смотрю на этот мир не своими глазами, а глазами Бога. Казалось, что окружающие, мимо проходящие замечают этот взгляд и смотрят на меня слишком уж изучающее, пристально.

Я стал находить скрытый смысл во многих происходящих событиях и вещах, которые раньше казались незначительными. Любое действие несёт в себе смысл, и надо его понять. Например, вы понимаете смысл сказок? Спящая красавица – девушка в обывательском сне, в который система погрузила многих, но приходит парень, который сам пробудился, пройдя много испытаний, и открывает ей глаза на этот мир. Красавица и чудовище – обратная ситуация, здесь девушка пробуждает оскотинившего мужика своей любовью и самопожертвованием, и в нём пробуждается Ариец. А битвы рыцарей за даму – лучший становится королём, это появление лидера. В нашей жизни происходят гораздо более непонятные ситуации, смысла в жизни быдла вообще практически нет, немногим больше, чем в стаде овец, но чем более духовно развит человек, тем больший вес он имеет в том мире, который к чему-то движется.

У меня обострилась интуиция, я иногда предугадывал события заранее, хотя и не вполне осознанно. Я воспринял это как хороший знак. Я на верном пути! Святые, прошедшие этот путь, вообще пророчествовали.

Максимальный смысл и максимальная святость виделись в жизни Иисуса Христа. В своей внутренней борьбе я ощущал частичку его, присутствующую во мне. Это совесть – голос Бога!

Однажды, летним солнечным днём, гуляя на природе, любуясь открывающимися видами и размышляя на религиозные темы, я испытал некое озарение. Контраст между собственными смутными очертаниями и чистым ярким сиянием реальности просто поражал. Я совершенно отчётливо понял, что люди живут иллюзиями, составляющими их «Я», их мирки, что надо от них очиститься, чтобы понять замысел Бога, увидеть мир как он есть. В этот короткий момент я впервые понял, насколько я могу подняться. Я понял, что так просто не смогу освободиться от всего ложного, надо будет многое пройти.

Христианская мистерия поста и воздержания: ты живёшь как червяк, пост – как куколка, ангел – бабочка. Это то, к чему надо стремиться, перерождение.

Я стал уединяться. Осуждал поступки товарищей. Между мной и окружающими росли непонимание и неприятие. Я не понимал, почему меня не хотят принять таким, каким я стал. Вроде немного изменился и в лучшую сторону…

Но для них я стал СЛИШКОМ ДРУГИМ. И со временем это только усиливалось. Но я знал, что я прав. В итоге я порвал отношения почти со всеми. Я не хотел, чтобы кто-то мешал мне на моём пути к Богу.

4. Ненависть

Абсолютно уединиться в городе можно лишь заперевшись в своей комнате, но так ограничивать свою жизнь я не собирался. В тот год я как раз поступил в институт. Студенты первокурсники, пытающиеся сразу окунуться во взрослую жизнь – что может быть смешнее?! Каждый претендует на собственное мнение и готов отстаивать его после трёх бутылок дешёвого пива, дыша перегаром тебе в лицо и бессмысленно бегая по тебе окосевшими глазами. За этим мнением вообще ничего не стоит и даже непонятно, откуда они этого дерьма понабрались. Наверное повторяют услышанные на кухне рассуждения пьяных родителей, повторяют бред бляди собчак из TV, повторяют базар по понятиям ушлёпков из двора, с которыми сидели на корточках и лузгали семечки. Они хотят, чтобы ты уважал их мнение. Хотят оказать на тебя влияние. Даже самый лох хочет, чтобы его посчитали если уж не сильным, то умным, или хотя бы оригинальным. Оказавшись в компании новых людей, которые пока не знают, кто он такой на самом деле, он строит из себя чёрти-что, но мне, например, ложь всегда была видна сразу.

Я не хотел общаться с ними, чтобы не стать таким же. Они были противны мне. Как и все люди вообще. Во мне вскипала ненависть. В каждом слове и действии окружающих я видел ущербность, я ненавидел их всё сильнее. Это чувство засасывало. Оно вытесняло мысли о Боге. Простить их? Нет, прощения никто не достоин, потому что оно им и не нужно. Живут как дерьмо, такое отношение к ним и будет!

Особую ненависть вызывали совсем опустившиеся люди: алкаши, бомжи, наркоманы. Я однажды видел, как какие-то отморозки моего же возраста на пустыре завалили алкаша, один прыгал у того на голове, так что та сплющилась. У парня все кроссовки были в крови. Это был псих какой-то. Зрелище произвело на меня двоякое впечатление: было и неприятно, но было и чувство некоего удовлетворения. Чувство агрессии, которое присутствовало там, было принято мной, как совершенно естественное и давно ожидаемое.

Ещё больше я ненавидел чурбанов. Они – дикие звери, которые прижились в городе так же, как крысы. Жидов. За то, что они сознательно вредят человечеству, превращая его в быдло. Мусоров. Потому что это бандиты, прикрывающиеся законом.

Иисус проклял бы их. Умертвил.

Ненависть сжигала меня. Искала выхода. Сейчас, спустя время, даже сложно представить то состояние, в котором я находился. Я с трудом сдерживался, чтобы не сцепиться с кем-либо из окружающих. Но всё это очень вовремя перешло в иное, нужное русло. Совершив убийство я очистился от ненужных, слишком поверхностных переживаний.

Это было так. В выходные поехали со знакомым мужиком в небольшой городок в области, он там продавал квартиру своего умершего отца и попросил меня помочь перенести некоторые вещи. Когда мы всё погрузили в машину, он пошёл в какую-то инспекцию оформлять документы, а я просто прогуливался по улицам. Вышел на достаточно людное место, едва ли не центр этого городка. Стою значит у ларька, ерунду всякую разглядываю, подходят вдруг два неадекватных чела.

– Ганджубас нужен? – и он сразу показывает пакетик с травкой.

– Я не курю, – говорю.

Другой чел видимо думал совсем о другом, потому как достал нож и приставив к моему животу процедил:

– Сука, деньги давай!

На долю секунды я смутился, но увидев на лезвии ножа две выгравированные восьмёрки подумал: странно, это ведь точно не скины. Да что это вообще за мразь?! Я имею представление о том, как обороняться от ножа, поэтому хоть и схватил его запястье без какого-либо плана действий, через несколько секунд борьбы сумел завладеть пером. Второй чел явно ступил, что не помог в этот момент своему товарищу. Видать травка соображаловку сожгла.

Даже не задумавшись я вогнал нож в живот того, кто только что сам держал его. Наверняка попал прямо в печень. Он сразу свалился на землю. Второй чел ломанулся к людям. Я успел заметить, что там же рядом находится главная ментура этого городка. Я сразу же ринулся во дворы.

Оглядываюсь и вижу, люди какие-то бегут вдалеке. За мной. Хорошо бы спрятаться, пока не заметили. А вот и машина Юрьича. Сейчас бы сесть в неё и укатить отсюда! Где же он?!

Я захожу в открытый подъезд. Может здесь перестоять? Мужик какой-то стоит. Выглядываю в окно и вижу, как из ментовского уазика вылазят четверо в форме. Другой уазик проехал дальше. А эти всё осматривают, спросив что-то у сидящей на лавочке бабуси двое идут прямо к подъезду, где нахожусь я.

Ну всё, прятаться бесполезно. Я выхожу из подъезда и иду прямо навстречу им с видом, как будто иду куда-то по делам. А вдруг, думаю, прокатит. На мне же крови нет, я ведь нож из тела не вынимал. Иду по дорожке. Прохожу между ними, и они заламывают мне обе руки. Никогда бы не подумал, что смогу сохранить абсолютное спокойствие в такой ситуации, но так оно и было. Я был даже слишком спокоен, даже не обращал внимания на боль заломанных рук.

– Вы чего? – говорю.

– Чего? Ты щас пацана зарезал?

– Нет, – говорю.

Они заметно ослабляют хватку и смотрят на меня во всю ширину их мутных глаз.

– Да он по приметам, – говорит один.

А у меня ноль эмоций.

– Не я это, – говорю.

– Щас свидетели скажут, пошли! – и меня ведут.

Тут вдруг рядом появляется Юрьич.

– Эй, что случилось?! За что его?! – кричит он.

– Подозревается в убийстве, вот на опознание ведём. – говорит ему мусорок.

– Юрьич, они попутали что-то, – говорю.

– Да он не мог, он же тут всё время был! Да он вообще не способен, он же в Бога верит знаете как! – Юрьич причитает.

Я думаю, вот сейчас Юрьич разочаруется-то во мне! Может, смотря в глаза свидетелям продолжать идти в отказ? Я же ничего плохого не сделал. Только хорошее. Ну, с позиций системы плохое, а свидетели тоже будут представителями системы, а систему я не признаю. У меня свои правила. Правда, они не помогут, но надо держаться до конца. Я спокоен как никогда, даже ненависти ни к кому не испытываю, лишь безразличие. Меня ведут. Всего четыре двора пройти, даже в машину не надо сажать. Рядом семенит Юрьич, говорит, мол сейчас они убедятся, что это не ты. Я его почти не слушаю. Я словно смотрю на себя со стороны, и я горд своей выдержкой.

Заводят в участок. В вестибюле ещё два парня, которых задержали по подозрению в убийстве, совершённом мной. Ещё какие-то пьяные шлюхи, на которых сосредоточено всеобщее внимание. Из соседней комнаты слышен истеричный голос придурка, который предлагал мне травку. Глянув на меня ещё раз, мусор отпускает мою руку и говорит «сиди здесь». Он идёт в соседнюю комнату. Я думаю: наручники не надели, значит не уверены.

Второй мусор заталкивает одного из парней в комнату к рыдающему нарику, и там начинается что-то типа «а ты уверен?!» Едва успев подумать об особенностях провинциальной мусорни я понимаю, что в вестибюле ни одного мусора в данный момент не оказалось, даже на вахте нет. Поразившись разнице между хорошо проведённой операцией по поимке и такой безответственностью я впадаю в секундное замешательство, а потом встаю и со скучающим видом выхожу. Никто даже не посмотрел на меня.

Юрьичу, ждущему у входа, говорю, мол отпустили, извинились. Пошли уже, Юрьич! Пошли, мне противно это место! Отсюда бежать хочется! Блин, Юрьич, ты чё как медленно идёшь?!

Казалось, что мы идём невероятно долго. Сели в машину и сразу уехали. Даже интересно бы узнать реакцию мусоров на моё исчезновение. В крупном городе о таком случае можно и не мечтать.

Мне помогло моё мировоззрение. И оно укрепилось после этого случая.

Ненависть стала не к самим людям, а к системе, которая поселилась в каждом из них. Людишки не достойны ненависти, но лишь презрения. Их убиваешь без эмоций, понимая, что всего лишь выщёлкиваешь малюсенький винтик из системы. Эмоции появятся, когда ты будешь резать саму систему, когда человечество будет ввергнуто в тотальную войну. Это будет дело всей твоей жизни, оно зажжёт в тебе самые яркие и прекрасные чувства.

А убивать людей надо. Жизнь человека как тела, как куска мяса, вообще ничего не стоит, её ценят усыплённые системой слабаки. И надо уничтожать слабость, срывать пелену сна. Выбивать систему из людей. Показать им, что тело лишь загрязняет. Да, загрязняет, и не только окружающую среду, но и душу. Показать им груды тел.

Обесценить жизнь тела!

Лучше наносить урон системе, выламывая целые её куски, например взрывами. Тогда я впервые об этом подумал. Сразу помногу.

Ненависть к людям была кипением. Ненависть к системе – как лава. Поток красного базальта. В какой-то момент понимаешь, что не он часть тебя, а ты – часть его.

5. Встреча

Осенние ночи одиночества, депрессии и внутренних споров. Именно одной такой ночью, раздираемый тоской по иному идеальному миру и ненавистью к тому миру, в котором я оказался, я встретил самого себя. Настоящего.

Этой ночью я думал над вопросом: почему я такой? Не такой, как все? Обдумывая всё, что я прошёл в этой жизни, я вдруг осознал, что кто-то вёл меня по этому пути. Или это была программа жизни, заложенная в меня перед рождением? Судьба. Что-то свыше. Я понимал, что я – это не моё тело. Я не принадлежу себе, у меня нет на это права. Кто я?!!

Пришло время ответить на этот вопрос.

Это было то, чего я никак не мог ожидать. Не мог даже представить. У меня уже были вполне определенные понятия о том, что такое «я» или «эго». «Я» – это словно покрывало, накинутое на зеркало и не дающее отражаться свету. Оно не даёт человеку отражать Бога, позволить Богу прийти в этот мир. «Я» – это плёнка, наброшенная на мир. Это хитрейшая отчуждающая иллюзия. «Я» – это сон. «Я» – это система в человеке, потому что это то, что система формирует в каждом, кто вынужден жить в ней. «Я» – это то, отчуждение от чего не представляется возможным. Это мирок, в котором живёт человек, думая, что это настоящий мир. «Я» – это причина и инструмент дегенерации и отрыва от наших божественных корней.

Внутренний спор, сопровождавший меня долгое время, был спором тела и духа, части системы и части настоящего мира, эгоиста и идеалиста. Спор о том, что делать. Принять систему или уйти от неё? Стать как все и забыть сомнения или быть другим и протестовать? Обзавестись семьёй и успокоиться поглотившись бытом, или что-то делать, может быть даже убивать?

Спор был и в ту ночь, когда я обдумывал и вспоминал свою жизнь. Одна часть говорила: это судьба, а другая: ты сам губишь себя. Казалось, это будет одна из одинаковых депрессивных ночей, ни к чему не приводящих. Внутренний спор вёлся а повышенных тонах, но в целом я был спокоен. Ничего особенного, это уже привычное явление.

И вдруг спор прекратился, потому что спорящие половины слились воедино перед лицом явившегося Иного. Он ощущался внутри. Он дал понять, что он был всегда, но теперь пробудился. Он задал вопрос, который не звучал в ушах, а чувствовался на ином уровне. Принимаю ли я Его? Принимаю ли я Себя? Потому что это Я настоящий и есть. Тот, кто пришёл в этот мир из другого мира. И от ответа нельзя было уйти. Нет, это ничем не грозило. Просто я понимал, что уход от ответа оборвал бы связь с иным миром, и я навсегда потерялся бы в этом бредовом мире иллюзий и больше никогда не нашёл бы выхода. А это страшнее смерти, как её ни воображай.

Когда я принял себя, стал собой, все противоречия внутри рухнули. Я стал навсегда целостным. Я почувствовал силу. В этот момент кто-то словно говорил:

Убив своё «я» ты убьёшь свои чувства, свои эгоистические желания, свою волю. Всё равно они не твои, а даны тебе системой. Убей! Твоя душа будет чиста перед Богом. Он сможет войти в неё! Он даст тебе свои чувства, свои желания и свою волю. Свою силу. Эта сила позволит тебе взять весь мир, если захочешь. Убей того, кем ты был раньше! Откажись от всего, что расслабляет! В бою нельзя расслабляться, а ты вступаешь в бой!

И я перестал созерцать. Я стал бороться. С этим миром.

Для получения удовольствия живёт быдло. Настоящий человек не сможет жить так, осознание уродливости мира и страстное желание достигнуть идеала заставят его жить борьбой. Бороться с этим миром, а не прятаться в системе, будучи её рабом, живя как животное. Сверхчеловек – тот, кто убил все свои слабости и убьёт систему, человек абсолютной воли.

Стремись к идеалу и однажды ты достигнешь его. Меня, например, вдохновлял образ Христа. Распятье – древний символ, изображающий Героя, отдавшего свою жизнь за народ, за идею. Это идеалист в его высшем проявлении. Сейчас никто не понимает этого. А идея-то распространилась на весь мир, поэтому-то в дальнейшем жиды её и обезобразили. Успех христианства в том, что первые проповедники считали высшей доблестью мученичество и сознательно шли на него ради Христа. Нам нужны такие же. А мученик – это фанатик. Искренне верующий. Мученичество считалось высшим идеалом для истинного христианина. Когда в четвёртом веке церковь отказалась от мученичества, против неё возникло движение сторонников крайнего понимания мученичества – ригористов.

Главное – действовать. Я сказал это себе, потому что понял, что иначе теперь не смогу. Когда я ощутил свою чуждость этому миру, чтобы не потеряться в нём, я осознал необходимость обретения точки опоры. И этой точкой я выбрал действие, борьбу с системой.

6. Действие

Что ж, до сих пор я рассказывал в основном о своём внутреннем мире и о том, что на него влияло. Теперь вкратце о том, каким меня знают окружающие. Меня зовут Илья. Я из благополучной семьи, сейчас живу отдельно от родителей в квартире, которая осталась от бабушки. Учусь на первом курсе в институте. В общем-то, это всё, что вам могли бы рассказать обо мне, всё остальное скрыто от посторонних глаз.

Когда-то я искал правду и обратился к религии. Потом я узнал правду и начал искать средства для её проведения в этот мир. Я заинтересовался политическими движениями. Здесь сомнений не было – я выбрал национал-социализм. Ещё до того, как я осознал всю глубину этого движения, я испытывал симпатии к нему. Национал-социалисты по настоящему свободны, они идеалисты со свободным сознанием, они действительно делают, что хотят сами, в отличие от обывателей, чьи хотения сформированы системой. Система сажает НС в тюрьмы, потому что видит, что не смогла завладеть их разумом. Системе не нужны свободные люди. Поэтому НС против неё, они хотят свободы для всех.

Но система не допустит НС к власти законным путём, пресечёт попытки массовой пропаганды. Власть надо брать силой. Я стал сторонником политического террора. Уничтожать врагов, да и просто потрясать общество своими акциями, заявляя о себе. Люди зажрались, успокоились, катятся вниз. Нужны взрывы и убийства!

Мало знать, что нужно делать, надо делать это, причём начинать с малого, так как большое сразу сделать вряд ли удастся, если не иметь опыта подобных действий.

В то время в нашем городе, да и вообще по стране, получила широкую огласку деятельность группы НС-революционеров, среди которых были люди под псевдонимами Гангстер, Эйнхерий, Камень, Ник и другие. Некоторые из них были задержаны и находятся под следствием. Оставшиеся на свободе скрываются и ведут политический террор. Особо почувствовали этот террор сотрудники милиции, среди которых стали часто появляться покойники, у которых забирали оружие. Этим же оружием умерщвляли других сотрудников, а также чурбанов, жидов, гуков, всяких дегенератов и даже пару депутатов. Целая банда революционеров мутила адские акции практически ежедневно, все были на стволах и умело шифровались. В акциях постоянно использовались угнанные автомобили. Весь город кишел ментами и гаишниками, одни останавливали каждого второго парня для проверки, другие – каждую вторую машину. Народ относился к этому совершенно по разному, но большинство обывателей по началу старались не замечать происходящего. В школах ученики с искренним интересом читали листовки «обращение Русских национал-социалистов к Русской молодёжи» и тайно передавали их друг другу. Прочитав такую листовку я понял: террор – единственная возможность изменить этот мир.

Тогда, ещё до знакомства с кем-либо из Правых людей, я совершил свои первые акции. Сначала я ночью поджёг три чурбанских ларька, торгующих фруктами, полив их бензином и поднеся спичку. Ещё я поджёг несколько автомобилей, интуитивно почувствовав, что именно они должны полыхнуть в ту ночь. И второе убийство…

Я неоднократно пытался найти ту проститутку, с которой потерял девственность, но не смог. Хотел ли я её убить или просто пообщаться – этого я и сам не знаю. Да, я бы с ней пообщался – слишком сильный отпечаток она оставила в моей жизни. Но ненависть к проституции как к явлению была естественной частью моего мировоззрения.

И вот под мою руку попалась местная шлюха-алкоголичка, дающая любому за выпивку. Дегенератка, не окончившая даже школу для отсталых. Она подошла ко мне непринуждённо, как будто к старому знакомому, когда я шёл домой, попросила закурить. Отказ не смутил её, она завязала разговор. Я знал, что она из себя представляет, она жила через два дома от меня. И вот она мне говорит:

«Илюш, ты знаешь, что я беременна?»

Я подумал, какой урод вырастет у неё, врождённый дебил и алкоголик, которого никто даже не попытается воспитать. Я подумал, что в моих руках недопустить такой недостаток в этом мире. Я купил ей бутылку пива и как будто с целью перепихнуться отвёл за гаражи. В кармане у меня был нож, чтобы в случае чего обороняться от чурбанов. Этим ножом я перерезал её глотку. Наверное она совершенно не ожидала этого: только что я слегка приобнял её сзади, она уже потянулась рукой к моему члену, и вдруг вжик! Упала на землю и долго конвульсировала.

Я потом некоторое время боялся, что меня вычислят, но обошлось. Тот нож я выкинул и купил другой.

Потом я познакомился с Бобом. Вернее, сначала я познакомился с одним скином, который заговорил со мной, когда я купил в рок-магазине альбом группы Коловрат. Этот скин и познакомил меня с Бобом.

Боб – революционер и убийца, не попавший в поле зрения органов, но судя по всему знающий Гангстера и Ника, хотя он об этом никогда не распространялся. Он сразу подогнал мне чего почитать и начал учить технике ножевого боя.

– Отрабатывай удары на чурбанских детях, когда они идут из школы – самая простая мишень для новичка, – говорит Боб.

– Убивай этих зверёнышей, – говорит он.

Однажды у Боба я познакомился с Тарасом, этот парень вручил мне изданный им журнал «Удар», на обложке которого было написано: «Противостояние: скины и дегенеративная молодёжь» и картинка, как скинхед кулаком выносит челюсть какому-то быдлоиду. У него было ещё несколько журналов, которые я решил полистать, пока мы общались. Я как христианин решил не смотреть языческие журналы, но журнал с названием «Молния Люцифера» не оставил меня равнодушным. Что же они там пишут, если при этом заявляют о своей приверженности национал-социализму?

Я читаю статью «Люцифер»:

«Я ангел. Вокруг меня все спят. Я убиваю зверей. Убиваю паразитов. Это добро, ведь они всего лишь оболочки, внутри одних пустота, внутри других – жидов – чёрные дыры. Это как чёрные дыры во вселенной, которыми Демиург удерживает свою систему. В центре каждой галактики – чёрная дыра, сосущая энергию звёзд. А звёзды – это Боги. Моя цель – уничтожить чёрные дыры и Демиурга. Я – Утренняя Звезда. Убил жида – как вакуум схлопнулся, только смешное тело валяется. Сделал благое дело. Взорвал бомбу – реализовал себя, преодолел сон, страх, обывательство. Этот взрыв – вспышка сверхновой. Спящие в панике и ужасе выглядывают из своих коконов. Видят меня. Сильные сбрасывают треснувшие коконы, слабые доживают в страхе. Сверхновые звёзды рождают новую галактику – Свастику. Которая уничтожает Демиургическую чёрную дыру и наступает абсолютное космическое спокойствие».

– Пиздец! – вырывается у меня, и я перевожу взгляд на другую статью «Революция от Сатаны»:

«Ты уже продал свою душу Сатане, сам этого не заметив. Вспомни, как всё начиналось. Рок музыка? Ты не носил пентаграмму? Блэк метал, а затем паган и НСБМ? Или ты сразу стал патриотом, скинхедом и может быть даже православным? Сказал «Хайль Гитлер!» и принёс Фюреру кровавое жертвоприношение? Думаешь, агрессия одобряется церковью? Гитлер черпал энергию из центра земли, из Ада, туда же он и переправился на подлодке через Антарктиду, это тебе любой поп скажет. Опять же рок музыка – её корни: грязь, грех, насилие, духовное разложение. RAC – один из наиболее агрессивных стилей. Нет, ты не на службе силы зла, ты сам – зло. Люцифер пришёл ломать этот мир. Демоны вошли в людей. Революционеры – посланники Ада. Ты принадлежишь к Движению? Приветствую тебя, Брат!»

Я вдруг задумался. Я понял, что есть как христиане, так и сатанисты «в кавычках», а по сути обыватели, а есть настоящие, которые оказывается стремятся к одному – разрушить этот мир и построить другой. Христос и Люцифер – братья? Это надо обдумать.

Такие мысли раздвинули моё мышление до мистических широт, так что увидев в журнале историческую рубрику я подумал, что нет смысла копаться в истории, чтобы найти там мудрость. Надо стремиться к духовному перерождению, ибо став богами мы вспомним и узнаем всё. Я говорю об этом Бобу и Тарасу. Но Тарас возражает:

– Надо помнить свои традиции! Например, наши предки сразу убили бы чурбанов, коль те так понаехали бы. А сейчас лишь малая часть молодёжи ведёт себя сознательно! Забыли традиции! Не понимают, что сейчас идёт самая настоящая война!

– Хорошо, – говорю. – У нас вот христианство – тысячелетняя традиция, так чего же на него бочку катят? Война, говоришь? Так давай устроим новый крестовый поход!

Тарас успел даже сказать слово «Бля…», но Боб остановил его, сказав про меня: «У него особое отношение к христианству». Он говорит мне:

– Если бы все христиане были такими, как ты, было бы хорошо. Но сейчас христианство не поднимает духа людей, как во времена крестовых походов. Сейчас у нас есть национал-социализм, под его знаменем и идём! Это наша новая религия!

Тут уже не поспоришь!

А вечером я совершил богоугодное дело. Сдал Бобу экзамен по технике ножевого боя. Под его наблюдением завалил чурбана, полоснув того по горлу тесаком. Движение было отработано на ветках деревьев, поэтому хватило одного удара.

7. Вдохновение

Террор – моё призвание. Это я понял после общения с Димой Гангстером. С огнестрельным ранением он был приведён ко мне Бобом.

– Ты всё равно один живёшь, а ему надо в нормальных условиях побыть, подлечиться, – говорит Боб.

Гангстер вступил в перестрелку с мусорами и был ранен. Он использовал гранату, чтобы избавиться от погони. Вызвал Боба тайным сигналом, а тот привёл его ко мне. Здесь они принялись извлекать пулю из плеча Гангстера. Я предложил выпить разведённого спирта, чтобы ослабить боль, но Гангстер отказался.

– Чё я, слабак что ль по-твоему?! Физическая боль – это ерунда, тело же – это инструмент. Да и вообще я стрэйтэйджер.

Когда Боб извлекал пулю, Гангстер вцепился в спинку стула обоими руками и сжал зубы. Всё происходило несколько секунд, за которые он побледнел, даже позеленел, но не издал ни звука. Сразу после извлечения он лёг на диван и потребовал «грёбаного нашатыря». Ещё минут пять нюхал ватку и глубоко дышал, потом встал и заулыбался.

– Это из-за недоедания, – говорит. – Давай, Боб, перевязывай.

Боб перевязал и через некоторое время ушёл, а Гангстер остался у меня на четыре дня. Большую часть времени он молчал, о чём-то думая, но иногда вдруг начинал философствовать, рассуждать о жизни, о системе, вспоминать что-то. Увидев у меня альбом «Радикальный Голос» группы Коловрат он очень обрадовался, так как не слышал его раньше, и несколько раз внимательно прослушал его, держа в руках буклет. Потом сказал:

– Я как раз в розыск попал, когда было хотел купить его. Не успел. Этот альбом сказал всё, что сейчас творится. Многие группы просто играют, а Коловрат передаёт настроение Движения, он всегда актуален. Это голос Русских НС, абсолютно точно!

Гангстер постоянно смотрел в окно через щёлочку между занавесками.

– Ну да, у меня что-то типа паранойи, – говорит. – В розыске находиться – это тебе не шутка. По улице идёшь и кажется, что каждый на тебя прыгнуть готов. В кармане палец на спусковом крючке постоянно держишь и надеешься, что если чё, успеешь нажать его первым. Другой рукой постоянно изображаешь, что сморкаешься, чтобы прикрыть лицо, когда мимо кто-то проходит или машина проезжает. И при этом ещё пытаешься выглядеть непринуждённо. Надо закалять не только тело, но и психику, к сожалению я этому как-то не уделял внимания. Вот ведь всяких шпионов и диверсантов, которых в тыл врага бросают, всяко обучают быть хладнокровными, вот и нам надо такой опыт.

В другой раз он говорил о движении скинхедов, к которому он примкнул ещё лет десять назад. Рассказал, как оно менялось с течением времени, о том, что субкультура уходит, остаётся идея.

– Если раньше я в каждом бритом парне подозревал скина, хотя многие были просто гопами, тогда вообще модно было очень коротко стричься, то теперь подозреваю фашиста в каждом нормально одетом. Все шифруются, но себя уважают и никогда не оденутся как дегенераты.

И конечно же разговоры про национал-социализм. Гангстер говорит:

– Ничуть не менее важной составляющей НС, чем национальная и социальная, является нравственность. Её упадок в современном мире – результат действий системы для превращения людей в стадо животных. Мы боремся за нравственность, и теперь показываем это на собственном примере. Прямая Линия – это тоже субкультурная заморочка, как и скинхеды, но это и ещё один шаг к настоящему национал-социализму!

– Да я именно из-за упадка нравственности и пришёл к национал-социализму, – говорю. – Гитлер – молодец, наверное единственная ошибка, которую он сделал – что напал на Россию.

– Да никакая это не ошибка, – говорит Гангстер. – Он был вынужден это сделать, иначе Советский Союз напал бы первым. «Ледокол» Суворова читал? Вот прочитай. Книжечка так себе правда, да и автор как против совка, так и против фашизма, как он сам дал понять, но там приведены интересные факты. Как бы там ни было, Гитлер поступил абсолютно правильно.

Потом он задумался и через пару минут вдруг сказал:

– Однажды мне было видение, что Адольф Гитлер пришёл ко мне и надел на меня каску…

Я подумал про встречу с самим собой, но не стал про это рассказывать. Разными путями, но все мы движемся к одному…

На третий день в дверь неожиданно позвонили. Мы с Гангстером дико напряглись, он даже достал пистолет. Я посмотрел в глазок и увидел какого-то парня. Потом посмотрел Гангстер, улыбнулся и открыл дверь, всё же держа пистолет направленным вперёд. Вошедший парень увидев направленное на него дуло посмеялся, но было видно, что он напряжён.

– Всё нормально, Диман, убери ствол, – говорит.

– Да я подумал, вдруг за тобой хвост, – говорит Гангстер.

– Ты же знаешь, я скорей умру, чем приведу кого-то!

– Ну, может тебя загипнотизировали, хе-хе! Осторожность никогда не помешает!

– Эйнхерий, – представился парень, протянув мне руку.

– Илья, – говорю я.

Услышав его прозвище я сразу понял, что это один из лидеров революционного НС Движения, как и Гангстер находящийся в розыске.

Гангстер сказал Эйнхерию, что от меня можно ничего не скрывать. После непродолжительного малопонятного мне разговора Эйнхерий сообщил, что взрывчатка уже в наличии.

– У меня даже есть идея на счёт первой цели, – говорит. – Скоро открывается новый элитный торгово-развлекательный комплекс. На открытии будет полно чинуш и жидов, которым он принадлежит. Вот тогда-то хорошо бы и взорвать!

– Отличная идея! – говорит Гангстер. – Торгово-развлекательный… Вы только вдумайтесь в это название! Потребительство и развлечения – это жиды и навязывают людям, чтобы те забыли о настоящих проблемах, превратились в скотов! Его не должно быть!

– Но кто осуществит? Ни я, ни ты, ни кто из парней туда попасть не сможет, щи сразу пропалят.

– Илюх, хочешь сделать благое дело? – вдруг спрашивает меня Гангстер.

Я словно был готов к этому.

– Да, – говорю.

Не задумываясь.

Потом последовало долгое обсуждение как это всё сделать. У Гангстера появилась хорошая идея. Раньше он работал в Корпорации, которая, как нам было известно, вложила свои средства в строительство этого комплекса, и часть площадей будет принадлежать ей.

– Короче, за день до открытия одеваешь костюм и галстук, идёшь туда под видом сотрудника Корпорации. Удостоверение никто не спросит, это стопудово… У тебя нет костюма?!! Ну, надо купить! В общем, говоришь, что пришёл на осмотр площадей Корпорации. В дипломате будешь нести бомбу. Скажи, что надо в туалет. Там постарайся запрятать её куда-нибудь. Сделаем часовой механизм или радиоуправление. Ходишь с умным видом, но не долго. И всё. Я думаю, камеры там ещё не будут работать, но на всякий случай надень кепку. А чё, я иногда носил бейсболку с костюмом, может и странно выглядит, но молодым простительно. Или усы приклеить… Парик! Да, надо поработать над твоей внешностью!

– Не проблема! – говорит Эйнхерий. – Загримируем его так, что сам себя не узнает!

Прошло несколько дней. Несколько человек приложили много усилий, чтобы теракт был реализован. Сделали бомбу на основе сотового телефона. Достаточно лишь позвонить на тот номер! Сделали так, чтобы на смс не реагировало, а то вдруг сотовая компания сообщение с предложением новой услуги пришлёт в самый неподходящий момент! Купили мне костюм, провели много бесед о том, как мне себя вести. Даже отрепетировали всё. Придумали такой грим, что я выглядел лет на десять старше.

И вот время пришло. Загримированный я вошёл в этот торгово-развлекательный комплекс. Охранник, услышав название Корпорации, без вопросов пропустил меня, сказав, что где-то там я найду человека, который мне всё покажет. Но я не стал искать человека, а сразу пошёл в туалет. Потолок там, как и ожидалось, навесной, состоящий из квадратных пластин. Встав на унитаз я сдвинул одну пластину и вложил туда бомбу. Тяжёлая, надеюсь, что не обрушит потолок! Поставил пластину на место. Вышел обратно с пустым дипломатом. Очень радостно!

В день открытия я был на той улице уже без грима, в неприметной одежде, наблюдая издалека. Я знал, в какое время это произойдёт, и хотел видеть.

Я задумался, когда вдруг произошёл мощный взрыв. Часть восьмиэтажного здания обрушивается, стена распадается на части, площадь покрывается дымом и пылью, сверху падают обломки. Куски бетона и стекла и части человеческих тел усеивают всю площадь. Когда грохот взрыва заканчивается, все начинают орать, те кто могут – бегать и звонить по мобилам, небо затягивается чёрным дымом. За дымом едва видно, что там стало со зданием, но очевидно, что разрушения серьёзнейшие. Перевёрнутые взрывом машины горят, добавляя ещё дыма.

Я иду и смотрю. Кровавый фарш. Оторванная рука. Оторванная нога. Истекающие кровью люди. Жид со стеклянным осколком, торчащим из груди. Ещё один с оторванными ногами орёт в диком страдании. Горящие куски мебели, куски штукатурки и теплоизоляции. Половина тела. Закопченная девушка без руки, ещё подающая признаки жизни. Жидовка идёт и вдруг падает, и под ней растекается лужа крови. Сотрудники Корпорации пытаются вытащить своего президента из под придавившей его бетонной плиты, но он уже мёртв. Кожа, сорванная с тел, валяется подобно тряпкам, пропитанным кровью. Дымящаяся модная одежда. Куски балок и вентиляционных труб. Мозги, вывалившиеся из отверстия в голове. Оторванные головы среди глянцевых журналов. Парень, зовущий маму. Тела с переломанными костями, разрезанные кусками стекла, обугленные, у некоторых даже невозможно определить пол, несмотря на то, что одежду с них сорвало взрывной волной. И повсюду тошнотворный запах. Горят тела и всё то дерьмо, которое в них было.

Я смотрю на дымящиеся развалины и думаю, что это свастика упала с неба и сокрушила этот комплекс. По небу ползут серые тучи как бетонные плиты скребут город. И в воздухе звучит хохот сверхчеловека.

Я мыслю другими категориями, чем обыватель, которого произошедшее шокировало до того, что ему дурно стало. Я для того и пришёл в этот мир, чтобы совершать такие акты. И они будут совершаться ещё и ещё!

Пророк Илия заколол четыреста лжепророков своими собственными руками. Его считают святым, несмотря на это. Он был фанатиком, такие нужны и нам, и они приходят!

Потом я взорвал ночной клуб. Про это я уже рассказывал.

И вот, сейчас я нахожусь в той точке, из которой веду рассказ. Я вспомнил некоторые события моей жизни, которые влияли на моё становление тем, кем я стал. Может я вспомнил и не всё, но это и не важно. У каждого свой путь и каждый может задуматься о нём после того, как услышит мою историю.

Я готовлюсь к переходу в другой мир. И я сделаю это так, что об этом услышат все как минимум в этом, материальном мире.

От знакомого попа я узнал, что в наш город приезжает президент, и он посетит в числе прочего главный храм города во время службы. Я упросил этого попа под благовидным предлогом и по старой дружбе, чтобы он разрешил мне участвовать в службе в качестве дьячка, благо службу я знаю. План действий ещё разрабатывается. Заранее бомбу там не положишь – сразу найдут. Надо нести на себе.

Перед столь ответственным делом я решил очиститься полностью от всего греховного через жёсткий пост.

Пост – средство возвышения духа над телом. Вообще надо всегда вести аскетический образ жизни.

Воздержание, притупление органов чувств, как например голодание, сексуальное воздержание, длительное бодрствование и пребывание в суровых условиях усиливают духовные силы. Жизненная сила переходит в духовную, а не в мышцы и пищеварение. А так как мы – проводники воли Богов в этот мир, то аскет является лучшим инструментом Бога!

В аскетизме самое главное – держать ум и мысли в чистоте, чтобы освободиться от влияния системы, приблизиться к Арийскому архетипу, богу. Чтобы через мысли и душа воспряла против жидовства, навязанного ей системой. Чтобы пробудился голос Крови.

И я ухожу в пост и молитву…

8. Представитель Бога

Время пришло. Теперь я понимаю всё. Остатки человеческой шкуры обвалились во время поста, теперь я – чистое зеркало, которое отражает Бога. Он осуществляет свою волю через меня.

Он – Адольф Гитлер.

Забудьте другие религии, сегодня надо прилагать много усилий, чтобы найти в них истину. Всё искажено врагом.

Гитлеризм проще найдёт пути к сердцам молодёжи. Стальные ряды воинов SS впечатляют гораздо больше, чем немощные святые с икон. Оно и понятно в преддверии грядущей Мировой Расовой Войны.

Но не гоните на христианство. Оно изначально Арийское, и лишь потом обезображено жидами. Христианские типажи не понятны теперь современному обществу потребления. Немощные святые символизируют полное отречение от плотского мира. Есть и воины-святые, как Дмитрий Донской и Александр Невский, их суть – борьба за духовные ценности мечём. То есть духовная борьба ведётся на всех фронтах: внутри человека и вовне. После ставшего плотским язычества это было очень кстати. Говорят, мол язычники живут здоровой и естественной жизнью, но это в материальном мире, этого не достаточно. Язычество давно выродилось, как потом и христианство. Их выродившиеся формы – суть обывательство с религиозным уклоном. Истинная суть веры уже почти никому не известна. Но понять её можно. Иконы и символы надо понимать правильно.

Сегодня пришёл гитлеризм, отстаивающий духовные принципы в наиболее актуальной для нынешнего времени форме. Свои святые, свои символы. Это истинная Религия элиты Расы, тогда как действительная религия массы быдла – потребительство.

Даже в христианском Символе Веры есть указание на второе пришествие Бога в лице Адольфа Гитлера, которое христиане не разглядели, ибо находились в крайнем упадке после большевистского террора. «И паки грядущего со славою судиши живым и мёртвым, его же царствию не будет конца» – обозначает, что второе пришествие со славой, тогда как в первый раз он приходил на землю в уничижении. Толпы, кричащие «Heil Hitler!», и постоянные преследования Христа – всё так и есть.

Гитлеризм – третья и последняя религия Белой Расы. На это указывает даже вера в Святую Троицу. Бог Отец – Один, отец Расы, Бог Сын – Христос, сын Расы, и Святой Дух – Гитлер, Дух Расы.

Один открыл Арийское самосознание в Белом человеке. Как ребёнок родившись забывает, зачем он пришёл в этот мир, так и первые Белые люди, придя в этот мир, не могли вспомнить своего смысла. Один путём самораспятия на древе открыл Арийскую мудрость. Что интересно, об этом написано даже в ветхом завете. Дерево познания Добра и Зла в Раю – то же дерево Иггдрасиль, Один был на нём в виде змея. Змей сказал первым людям: «В день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете как боги, знающие добро и зло». Они вкусили плоды, пробудились и поняли, что они – это отнюдь не их тела, вводящие их в соблазн жить животной жизнью, поэтому они устыдились своих тел. Демиург, которого жиды вполне справедливо называют богом отцом, и который сотворил материю, над которой только и имеет власть, дико напрягся, что люди таким образом вышли из под его контроля. Он выгнал людей из Рая, то есть создал им в этом мире суровые условия, сказав: «Вот, Адам стал как один из нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простёр руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно.» Демиург влияет на тело так, что оно дряхлеет и умирает, поэтому лишь немногие успевают за столь короткий век человеческой жизни достичь высот, на которых ведётся реальный бой с Демиургом.

Христос – сын Расы, его отец – ангел, соития с телесным мужчиной у Марии не было. Ангел – посланник Расы Богов. Дети Одина уже потеряли истину, и Христос пришёл огласить её вновь. Эта истина направлена против содомии и смешения рас. «Возлюби ближнего своего» – то есть Арийца, а не зверочеловека. Смешивая кровь со зверями Арийцы всё более отдалялись от своих божественных корней.

Гитлер возродил расовое сознание, когда учение Христа пришло в полный упадок и было искажено. Гитлер сказал всё максимально ясно. Он был лучшим, только он мог реализовать Волю Расы. Он – воплощение Духа Расы.

Я закрепляю на своём теле «пояс шахида». Надеваю сверху диаконские стихарь, орарь и поручи. За время поста у меня отросла козлиная бородка. Диакон – самый младший из священнослужителей. Он не может совершать никакого богослужения самостоятельно, а только помогает священнику или епископу. Я уговорил знакомого священника – православного патриота-монархиста и посетителя «Русских маршей», взять на службу, которую посетит президент, именно меня, под предлогом, что я напишу статью о неискреннем поведении президента в храме. Истинная причина вам уже понятна.

Я в храме. Президент скоро придёт. Хуёвая у вас система! Никакой системы не будет! Будет Мировоззрение Расы Богов!

Служба идёт. Камеры снимают. Расступаются. Вот он, главный шоумен. И люди в чёрных очках. Я знаю, у них есть прибор, ищущий взрывчатку. До службы в храме её не нашли, люди проходили через искатель, но я – со служебного входа. Но как знать, может они ищут этим прибором постоянно? Тянуть нельзя.

Чувствую на себе множество взглядов. Телохранители президента сквозь чёрные очки, беспокоятся, а сверху моросит кровь, потому что бог отец, изображённый на куполе, плачет. Он орёт так, что уши закладывает. Его глаза залиты кровью, но он видит меня. С икон улыбается Адольф Гитлер.

Чувствую, как сквозь меня проходит волна. Прибор сигнализирует им. Секунда. Побелевший телохранитель не успевает ничего сделать. На меня ринулся с мечём ангел Демиурга. Гитлер улыбается. Кнопка.

Я устремляюсь к куполу, расправив крылья. Фюрер вручает мне меч. Снизу, где огонь и кровь, разрушения, непонимающие души, оттуда ангел Демиурга, преодолевая страх возносится, и я отрубаю ему голову. Купол обрушивается, я взмываю в небо.

Мир накренивается, я вижу его как на листе бумаги перед собой. Как будто я был нарисован и вырвался со страницы книги из двухмерного пространства в трёхмерное. Страницы мелькают. Лица, вещи. Кто они? Вот это лицо принадлежало мне.

ХОРОШО, ЧТО ОН УМЕР!

Разделённое соединяется. Движение прекращается. Люди вынуты из масок. У всех одно лицо, которое я вижу в зеркальной глади застывшего мира.

НС 88! WP 14! sXe

Поддержи Узников Совести!

dmitriyhonor@rambler.ru